Лоис МакМастер БУДЖОЛД

ЦЕТАГАНДА

(Lois McMaster Bujold, "Cetaganda", 1995)
Перевод (c) Александр Балабченков (sanykool@mailru.com)

Глава 5

- Остановите здесь, - велел Майлз водителю автомобиля. Машина плавно свернула к обочине и, вздохнув своими турбинами, опустилась на мостовую. В сгущающихся сумерках Майлз вгляделся в расположение пригородного особняка лорда Иэнаро, сравнивая в уме видимую реальность с картой, что он изучил в барраярском посольстве.

Ограда вокруг поместья - змеящиеся стены живой изгороди и скрадывающий ландшафт - была скорее визуальной и условной преградой, чем эффективной. Это место никогда не планировалось как крепость - только как символ престижа. Некоторые более высокие части хаотичного дома проглядывали сквозь деревья, но даже они, казалось, больше обращали свой взор внутрь, чем наружу.

- Проверим комм-связь, милорды? - Спросил водитель. Майлз с Айвеном вынули устройства из своих карманов и пробежались вместе с ним по кодам. - Очень хорошо, милорды.

- Что у нас с подкреплением? - спросил его Майлз.

- У меня три подразделения, готовы выступить по вызову.

- Надеюсь, у нас есть медик?

- Во флайере, полностью экипирован. Я могу посадить его во двор лорду Иэнаро за сорок пять секунд.

- Этого должно хватить. Я не жду нападения в лоб. Но не удивлюсь, если столкнусь с еще одним маленьким "несчастным случаем" какого-либо рода. Думаю, отсюда мы пойдем пешком. Хочу свыкнуться с этим местом.

- Да, милорд. - Водитель откинул для них колпак и Майлз с Айвеном вышли.

- Так ты вот это называешь благородным запустением? - спросил Айвен, оглядываясь по сторонам, когда они прошли сквозь распахнутые, никем не охраняемые ворота и двинулись по извилистой дороге.

О, да. Стили могут отличаться, но дух упадка аристократии универсален. Слабые признаки пренебрежения были всюду: не отремонтированные повреждения ворот и стен, переросший кустарник, а три четверти самого особняка, как оказалось, покоились во тьме и забвении.

- Форобьев поручил посольскому отделу СБ навести справки о лорде Иэнаро, - сообщил Майлз. - Дед Иэнаро, тот самый провалившийся гем-генерал, оставил ему дом, но не средства на его содержание, истратив свой капитал в годы долгой и, вероятно, желчной старости. Иэнаро владеет поместьем единолично около четырех лет. Он водится с творческой тусовкой из молодых и безработных гем-лордов, и на этом, собственно, история о нем заканчивается. Однако, та штука в вестибюле марилаканского посольства была первой известной скульптурной работой Иэнаро. И на удивление непростой для первой игрушки, ты не находишь?

- Если ты так убежден, что то была ловушка, зачем же ты заносишь ногу, пытаясь наступить в другую?

- Кто не рискует, тот не выигрывает, Айвен.

- И что за выигрыш тебе грезится?

- Истина. Красота. Кто знает? Служба безопасности посольства также ведет проверку тех рабочих, которые фактически собрали ту скульптуру. Надеюсь, это кое-что прояснит.

По крайней мере, хотя бы так он смог задействовать механизмы службы безопасности. Майлз испытывал сильное внутреннее напряжение из-за жезла, который теперь путешествовал с ним, укрывшись во внутреннем кармане кителя. Он целый день тайком таскал с собой Великий Ключ: и во время экскурсии по городу, и во время бесконечного представления цетагандийского театра классического балета днем. Последнее давалось по указу Императора специально, чтобы доставить удовольствие прибывшим на похороны посланникам с других планет. Однако хаут Райан Дегтиар до сих пор не сделала свой ход, не связалась с ним, несмотря на обещание. Если он не получит от своей хаут-леди известей до завтрашнего дня... В какой-то степени, Майлз начинал весьма сильно сожалеть, что в первый же день не посвятил в свое дело подчиненных местной службы безопасности. Но если бы он так поступил, он больше не смог бы руководить решением этой маленькой проблемы. Возможность принимать решения ушла бы из-под его контроля на более высокий уровень. "Лед тонок. Не хочу пока, чтобы по нему ходил кто-то тяжелее меня".

Когда они приблизились к дверям особняка, их встретил слуга и проводил в залитое мягким светом фойе, где их приветствовал хозяин. Иэнаро был в темных одеждах, похожих на те, что были на нем на приеме в марилаканском посольстве. Айвен был совершенно безупречен в своем зеленом мундире. Майлз выбрал ультраформальный черный мундир своего Дома. Он точно не знал, как Иэнаро истолкует это послание: как оказание чести, как напоминание - "Я официальный посланник", - или как предупреждение - "Со мной не связывайся!" Однако, он справедливо был уверен в том, что этот нюанс Иэнаро не заметить не сможет.

Иэнаро глянул вниз на черные сапоги Майлза:

- Сейчас вашим ногам лучше, лорд Форкосиган? - С тревогой спросил он.

- Гораздо лучше, спасибо, - Майлз натянуто улыбнулся в ответ. - Безусловно, буду жить.

- Я так рад.

Высокий гем-лорд, после нескольких поворотов, проводил их вниз, по короткой в несколько ступенек лесенке в большое полукруглое помещение, охватившее островок сада, как будто в дом осуществлялось какое-то ботаническое вторжение. Комната была скорее случайно, чем с умыслом, обставлена мебелью, которая очевидно и раньше принадлежала Иэнаро, однако эффект был приятно уютно-холостяцким. Освещение здесь также было мягким, маскирующим запущенность. Около дюжины гемов уже были здесь, беседуя и выпивая. Мужчин было больше, чем женщин; у двоих на лицах была полная раскраска, большинство же, кто помоложе, ограничились переводной картинкой на щеке кроме нескольких радикально настроенных душ, у которых выше шеи не было ничего за исключением легкого макияжа у глаз. Иэнаро представил всем свою барраярскую экзотику. Ни о ком из этих гемов Майлз никогда не слышал и не читал, хотя один молодой человек заявил, что его двоюродный дед занимает должность в цетагандийском генеральном штабе.

У дверей в сад на цилиндрической подставке дымилась курильня для благовоний. Один из гем-гостей задержался, чтобы сделать глубокий вдох.

- Неплохо, Иэнаро, - обратился он к хозяину. - Аромат - твое творение?

- Спасибо, да, - ответил Иэнаро.

- Опять духи? - поинтересовался Айвен.

- И кое-что еще. Эта смесь также содержит подходящий случаю слабый релаксант. Вероятно, вас это не заинтересует, лорд Форкосиган.

Майлз натянуто улыбнулся. Интересно, насколько хорош этот человек, как химик-органик? Майлз припомнил, что "опьянение" иначе называется "интоксикацией", а она имеет корнем слово "токсин", то есть яд.

- Вероятно, нет. Но я бы с удовольствием посмотрел вашу лабораторию.

- В самом деле? Тогда я свожу вас туда. Большинство моих друзей не интересуются техническими аспектами, только результатами.

Молодая женщина, слушавшая их неподалеку, подплыла на эти слова и постучала Иэнаро по руке длинным ногтем, сверкающим узорчатой эмалью.

- Да, дорогой Иэнни, результаты. Кое-какие ты мне обещал, не забыл?

Она была не самой симпатичной гем-леди из тех, что видел Майлз, но достаточно привлекательной в кружевном нефритово-зеленом одеянии, с густыми светлыми волосами, вьющимися и ниспадавшими розовой пеной на ее плечи.

- Я держу свои обещания, - подтвердил лорд Иэнаро. - Лорд Форкосиган, возможно вам будет интересно составить нам компанию и подняться наверх прямо сейчас.

- Конечно.

- Думаю, я останусь здесь, чтобы обзавестись новыми знакомствами, - кивнул самому себе Айвен из центра вечеринки.

Здесь были две самых высоких и самых потрясающих гем-женщины: длинноногая блондинка и совершенно невероятно рыжеволосая стояли рядом в другом конце комнаты. Айвен каким-то образом сумел наладить зрительный контакт с обеими, и они удостоили его приглашающими улыбками. Майлз вознес короткую безмолвную молитву божеству, оберегающему дураков, влюбленных и безумцев и отвернулся, чтобы последовать за Иэнаро и его просительницей.

Лаборатория органической химии Иэнаро была расположена в другом здании; зажегся свет, когда они приблизились к нему, пройдя через сад. Обустройство лаборатории было весьма достойно уважения, длинное сдвоенное помещение на втором этаже: кое-что из денег, которые не планировалось пустить на домашний ремонт, явно осело здесь. Майлз ходил вокруг столов, разглядывая молекулярные анализаторы и компьютеры, пока Иэнаро рылся в массе маленьких пузырьков в поисках обещанных духов. Все сырье было красиво разложено в правильные химические группы, выдавая глубокое понимание и истинную любовь владельца к своему делу.

- Кто вам здесь помогает? - поинтересовался Майлз.

- Никто, - ответил Иэнаро. - Не выношу, когда кто-нибудь мешается рядом. Они нарушают мой порядок, который я тут иногда устраиваю, чтобы вдохновиться на создание своих ароматов. Это ведь не только наука, понимаете.

Именно. Но есть несколько вопросов. Майлз позволил Иэнаро составить духи для ожидавшей их женщины, не прерывая сопутствующие этому пояснения. Она некоторое время слушала, а потом отошла в сторонку и принялась нюхать флакончики с экспериментальными ароматами, пока Иэнаро с вымученной улыбкой не спас их от нее. Как эксперт в этой области Иэнаро не был профессором, но был компетентным профессионалом. Любая коммерческая компания, производившая косметику, легко взяла бы его в свою лабораторию разработок новой продукции. Так-так, ну и как это вяжется с образом человека, заявляющего, что "руки нанимаются"?

Да никак, решил Майлз с тайным удовлетворением. Несомненно, Иэнаро был художником, но художником ароматов. Никак не скульптор. Кто-то другой предоставил четкие технические инструкции и произвел тот фонтан. А не этот ли самый кто-то также предоставил техническую информацию о личных слабостях в здоровье Майлза? "Назовем его... лорд Икс". Факт первый о лорде Икс: имеет доступ к самым подробным отчетам цетагандийской службы безопасности о барраярцах военного или политического значения... и их сыновьях. Факт второй: обладает изощренным умом. Факт третий... Факта третьего нет. Пока что.

Они вернулись на вечернику и застали Айвена, устроившимся на диване между двух женщин. Он их развлекал; во всяком случае, они воодушевляюще смеялись. Эти гем-женщины не уступали леди Гелл в красоте. Блондинка вполне могла быть ее сестрой. Рыжая была еще привлекательнее: каскады ниспадавших по плечам янтарных кудрей, идеальной формы нос, а губы, которые так и хотелось... Майлз оборвал свою мысль. Нет такой гем-леди, что была готова пригласить его в путешествие по своим снам.

Иэнаро отошел чтобы наскоро присмотреть за своим слугой - он у него, похоже, был единственным - и ускорить гладкое прибытие свежих закусок и напитков. Он вернулся с маленьким прозрачным кувшином бледно-рубиновой жидкости.

- Лорд Форпатрил, - кивнул он Айвену. - Уверен, вы ценитель напитков. Вам стоит попробовать вот этот.

Майлз тут же навострил уши, сердце его забилось чаще. Иэнаро мог и не быть скульптором-убийцей, но, несомненно, из него вышел бы отличный отравитель. Иэнаро налил жидкость из кувшинчика в три маленькие чашечки, стоявшие на лакированном подносе, и протянул поднос Айвену.

- Благодарю. - Айвен наугад выбрал одну.

- О, "златый эль"! - пробормотал один из молодых гем-лордов. Иэнаро передал поднос ему, а сам взял последнюю чашку. Айвен пригубил и с удивлением поднял брови. Майлз пристально наблюдал за Иэнаро, чтобы удостовериться, проглотит ли тот напиток. Он проглотил. Пять различных способов подать смертельный напиток точно таким маневром, и все с гарантией того, что жертве достанется нужный бокал, включая уловку, когда хозяин предварительно принимает антидот, - промелькнули в голове Майлза. Впрочем, если он собирался быть таким параноиком, им вообще не следовало сюда приезжать. Но сам он пока ничего не ел и не пил. "Ну и что ты собираешься делать, подождешь и посмотришь, не свалится ли сперва Айвен замертво, а потом будешь пробовать?"

На этот раз Иэнаро не стал посвящать дам, окруживших Айвена как две скобки, в отталкивающую историю его биологического рождения. Черт. Возможно, инцидент с фонтаном действительно был несчастным случаем, и этот человек искренне сожалеет и, как может, старается дать это понять барраярцам. Тем не менее, Майлз переместился, пытаясь поближе взглянуть на чашку Айвена через его плечо.

Айвен как раз был в процессе проведения над сидевшей справа от него рыжеволосой классического теста "я всего-то кладу руку на спинку дивана", чтобы выяснить: отдернется ли она или же пригласит его на дальнейший физический контакт. Айвен повернул голову, чтобы прогнать своего кузена зубастой улыбкой:

- Иди и развлекайся, Майлз, - промурлыкал он. - Расслабься. И не дыши мне в затылок.

В ответ Майлз поморщился, не одобрив "тонкость" юмора, и отошел прочь. Некоторые люди попросту не хотят, чтобы их спасли. Вместо этого он решил попробовать пообщаться с некоторыми мужчинами из числа друзей Иэнаро, несколько из них кучковались на противоположном конце комнаты.

Вызвать их на разговор о них самих оказалось делом несложным. Похоже, ни о чем другом они говорить и не могли. Сорок минут отважных усилий по искусству ведения беседы убедили Майлза в том, что у большинства друзей Иэнаро мозгов как у блохи. Единственная область, в которой они проявляли компетентность, заключалась в ехидном комментировании личной жизни таких же праздных, как они, соотечественников: их одежды, различных любовных интрижек и неумения их проводить, спорта - все были зрителями, никто не участвовал, причем главный интерес касался исключительно заключения пари на то, кто победит, и разнообразных новинок из числа коммерческих виртуальных снов, включая эротические. Этот побег от реальности, казалось, полностью поглощал весь объем времени и внимания гем-лордов. Никто из них ни единым словом не проявил каких-либо политических или военных интересов. Черт, у Айвена и то больше умственных склонностей.

Все это малость удручало. Друзья Иэнаро, как один, были потерянными прожигателями жизни. Никого из них не прельщала ни карьера, ни служба - у них этого не было. Даже к искусству интерес был поверхностным. Они были исключительно потребителями, а не создателями виртуальных снов. Правда, может, оно и к лучшему, что у этих юнцов отсутствует интерес к политике. Люди такого типа начинают революции, но не способны их закончить, их идеализм будет предан их же некомпетентностью. Майлз встречал похожих молодых людей среди форов: третьи или четвертые сыновья, которые по той или иной причине не получили доступа к традиционной военной карьере и как пенсионеры жили на содержании своих семей. Но даже они могли надеяться на некоторое изменение своего положения к середине жизни. Учитывая же продолжительность жизни гемов, какой-либо шанс на подъем вверх по социальной лестнице путем наследования для большинства сверстников Иэнаро мог появиться лишь спустя где-то восемьдесят-девяносто лет. Глупость не была им присуща - этого не позволяли их гены, - но их умы были сужены до каких-то искусственных горизонтов. В атмосфере беспорядочной изысканности их жизни словно застыли на одном месте. Майлз почти содрогнулся.

Майлз решил попытаться поговорить с женщинами, если Айвен оставил ему хоть одну. Извинившись, он покинул компанию под предлогом желания что-нибудь выпить; он также легко мог уйти и без объяснений, ибо все, кажется, со вниманием относились к самому необычному и низкорослому гостю лорда Иэнаро. Майлз помог себе сам возле чаши, из которой, похоже, черпали себе выпивку и все остальные, и прикоснулся к бокалу губами, но пить не стал. Он поднял глаза и обнаружил, что на него пристально смотрит женщина чуть старше остальных, что пришла на вечеринку позже с парой друзей, и что тихо держалась в сторонке от сборища. Она улыбнулась ему.

Майлз улыбнулся в ответ и, обогнув стол, направился к ней, составляя подходящую реплику, чтобы начать разговор. Она забрала у него инициативу:

- Лорд Форкосиган. Вас не затруднит совершить со мной прогулку по саду?

- Заче... Конечно. Сад лорда Иэнаро достоин внимания? - "В темноте?"

- Думаю, вам будет интересно. - Стоило ей повернуться спиной к комнате, как улыбка спала с ее лица, словно ее стерли тряпкой, и ее сменило выражение мрачной решимости.

Майлз нащупал в кармане брюк комм-линк и двинулся в след аромату духов, исходившему от ее одежд. Скрывшись из поля зрения, доступного из стеклянных дверей, среди неухоженного кустарника, она ускорила шаг. Больше она ничего не сказала. Майлз ковылял за ней. Его не удивило то, что, когда они дошли до покрытых красной эмалью решетчатых ворот, их там ожидал человек, с несколько бесполыми формами тела в темном плаще с капюшоном, защищавшим от собиравшейся вечерней росы лысую голову.

- Остаток пути вас будет сопровождать ба, - сказала женщина.

- Остаток пути куда?

- Короткая прогулка, - заговорило ба мягким альтом.

- Очень хорошо. - Майлз, вытащив руку, извлек из кармана свой комм-линк и произнес в него. - База, я на время покидаю помещения Иэнаро. Отслеживайте меня, но не вмешивайтесь пока я сам вас не вызову.

В ответ раздался голос водителя с нотками сомнения:

- Да, милорд... Куда вы направляетесь?

- Я... у меня прогулка с леди. Пожелайте мне удачи.

- О... - В интонациях водителя послышалось больше удивления, но меньше сомнения. - Удачи, милорд.

- Спасибо. - Майлз отключил канал связи. - Хорошо.

Женщина уселась на хрупкую скамью и поплотнее запахнула плащ со вздохом человека, приготовившегося к длительному ожиданию.

Следуя за ба, Майлз вышел за ворота, миновал еще одну резиденцию через дорогу напротив и спустился в поросший лесом овражек. Ба достало карманный фонарик, чтобы не споткнуться о камни и корни, и услужливо освещало дорогу перед начищенными до блеска сапогами Майлза, которые скоро станут гораздо менее блестящими, если так будет продолжаться дальше... Они поднялись из оврага и оказались, очевидно, в задней части другого пригородного поместья, находившегося в еще более запущенном состоянии, чем поместье Иэнаро.

Темная масса, чей контур проглядывал из-за деревьев, судя по всему, была заброшенным домом. Однако они повернули направо на заросшую тропинку, ба периодически останавливалось очистить путь Майлза от упавших ветвей, и затем повернули назад, вниз по направлению к ручью. Они вышли на широкую поляну, посреди которой стоял деревянный павильон. Несомненно, бывшее излюбленное место для пикников и поздних завтраков на природе какого-то гем-лорда. Ряска душила пруд, затаптывая несколько печальных водяных лилий. Они пересекли водоем по горбатому пешеходному мостику, так тревожно скрипевшему, что Майлз тут же порадовался, что не был выше и тяжелее. Сквозь покрытые плющом окна павильона струился слабый, знакомый Майлзу жемчужный свет. Майлз дотронулся до спрятанного в кителе Великого Ключа.

"Все правильно. Вот оно".

Слуга ба оттянуло в сторону кое-какую зелень, жестом пригласило Майлза войти и отправилось стоять на часах у моста. С осторожностью, Майлз ступил внутрь этого маленького, однокомнатного строения.

Хаут Райан Дегтиар (или похожая на нее копия) сидела (или стояла, или еще чего) в обычных нескольких сантиметрах от пола - равномерно-розовая сфера. Она, должно быть, ездила, сидя в гравикресле. Свечение сферы, казалось, затуманилось, опустилось до едва заметного бледного сияния.

"Подожди. Теперь дай ей сделать первый ход".

Момент затягивался. Майлз начал опасаться, не станет ли этот разговор таким же бессвязным, какой у них был в первый раз, но она заговорила, таким же бездыханным, сглаженным передатчиком голосом, какой он слышал раньше.

- Лорд Форкосиган, Я связалась с вами, как и обещала, чтобы оговорить условия безопасного возвращения моего... предмета.

- Великого Ключа, - произнес Майлз.

- Теперь вы знаете, что это такое?

- С тех пор, как мы впервые поболтали, я провел небольшое расследование.

Она застонала:

- Что вам нужно от меня? Денег? У меня их нет. Военных тайн? Я их не знаю.

- Не надо меня стесняться и не паникуйте. Мне нужно совсем немного. - Майлз расстегнул свой китель, и достал Великий Ключ.

- О, он у вас с собой! О, отдайте его мне! - Жемчужина метнулась вперед.

Майлз отступил назад:

- Не так быстро. Я сохранил его в целости и верну его. Но мне кажется, я имею право получить хоть что-то взамен. Я всего лишь хочу точно знать, как получилось, что его доставили или доставили по ошибке прямо мне в руки, и почему.

- Это не ваше дело, барраярец!

- Вероятно, не мое. Но все мои инстинкты во все горло вопят о том, что это какая-то подстава против меня или против Барраяра через меня, а как для офицера Барраярской Имперской Службы Безопасности, это становится очень даже моим делом. Я намерен рассказать вам все, что я видел и слышал, но вы должны сделать мне ответное одолжение. Для начала я хочу знать, что делало ба Лура с предметом из числа регалий покойной Императрицы на борту космической станции?

Ее голос стал низким и резким:

- Крало. Теперь отдайте его.

- Ключ... Что толку от ключа без замка? Я допускаю, что это весьма элегантный исторический артефакт, но, если ба Лура планировало таким образом тайком обеспечить себе старость, в Небесном Саду несомненно есть и более ценные объекты для кражи. В том числе такие, исчезновение которых будет не так заметно. Не планировало ли Лура шантажировать вас? Не за это ли вы его убили? - Совершенно абсурдное обвинение: хаут-леди и Майлз создавали алиби друг другу, но ему было любопытно, что он этим спровоцирует в ответ.

Реакция последовала мгновенно:

- Ты, подлый маленький ...! Не я довела Лура до смерти. Если так, то ты ответственен за это.

"Боже, надеюсь, нет".

- Такое возможно, но если это так, я должен знать. Леди, сейчас в радиусе десяти километров от нас нет никого из Цетагандийской Службы Безопасности, иначе эту безделушку уже отняли бы у меня, а мои останки валялись бы в ближайшей алее прямо сейчас. Почему бы и нет? Зачем ба Лура украло Великий Ключ, ради собственного удовольствия? У ба было хобби собирать Имперские регалии Цетаганды, верно?

- Ты невыносим!

- Тогда кому ба Лура рассчитывало продать эту вещь?

- Не продать!

- Ха! Выходит, вы знаете, кому!

- Не совсем... - Она колебалась. - Некоторые секреты не принадлежат мне, чтобы я о них рассказывала. Они принадлежат Небесной Госпоже.

- Которой вы служите.

- Да.

- Даже после ее смерти.

- Да. - Нотка гордости зазвенела в ее голосе.

- И которую предало ба. Даже после ее смерти.

- Нет! Не предало... У нас были разногласия.

- Честные разногласия?

- Да.

- Между вором и убийцей?

- Нет!

Это верно, но обвинение определенно заставило ее проговориться. Здесь какая-то вина.

"Ну-ка, расскажи мне какая".

- Послушайте, я облегчу вам задачу. Я начну. Мы с Айвеном летели в служебной капсуле, направляясь от барраярского курьерского скачкового корабля. Мы пристыковались к тому заброшенному грузовому отсеку. Ба Лура в форме работника станции и с плохо прилепленной фальшивой шевелюрой вломилось в нашу капсулу сразу, как провернулся замок люка, и потянулось, как нам показалось, за оружием. Мы набросились на него, и отобрали нейробластер и вот это. - Майлз поднял Великий Ключ. - Ба стряхнуло нас и сбежало, а я держал это в кармане до тех пор, пока не смог что-то выяснить. Следующий раз, когда я встретил ба, оно было мертво, лежало в луже собственной крови на полу в погребальной ротонде. Я считаю, это несколько расшатывает нервы, мягко говоря. Теперь ваша очередь. Вы сказали, что ба Лура украло Ключ, за который отвечали вы. Когда вы обнаружили, что Великий Ключ исчез?

- Я не нашла его на месте... В тот же день.

- Как долго его могло не быть? Когда вы в последний раз проверяли его?

- Сейчас им пользуются не каждый день, из-за траура по Небесной Госпоже. В последний раз я видела его, когда раскладывала ее регалии... За два дня до того.

- Значит теоретически, он мог исчезнуть за три дня до того, как вы обнаружили его отсутствие. Когда пропало ба?

- Я... не уверена. Я видела ба накануне вечером.

- Это немного сужает срок. Значит, ба могло сбежать с Ключом не ранее предыдущей ночи. Слуги-ба входят и выходят из Небесного Сада весьма свободно, или это трудно?

- Свободно. Они выполняют все наши поручения.

- Так ба Лура вернулось... Когда?

- В ночь вашего прибытия. Но ба тогда не виделось со мной. Оно сказалось больным. Я могла бы потребовать, чтобы его привели ко мне, но... Мне не хотелось проявлять такое неуважение. - "Они были заодно, это точно". - Я пошла проведать ба утром. Тогда все и открылось. Ба пыталось отнести Великий Ключ... Кому-то, и зашло не в тот причальный отсек.

- Тогда предполагается, что этот "кто-то" должен был предоставить капсулу? Тогда этот кто-то ждал на корабле с орбиты?

- Я этого не говорила!

"Дави на нее дальше! Действует!"

Хотя это заставляло его чувствовать себя несколько виноватым, так обращаться с обезумевшей пожилой леди, пусть даже для ее собственного блага.

"Не поддавайся!"

- Итак, ба Лура забрело к нам в капсулу и... Каков конец его истории? Расскажите мне точно!

- На ба Лура напали барраярские солдаты, которые украли Великий Ключ.

- Сколько солдат?

- Шесть.

Глаза Майлза восхищенно распахнулись.

- И что потом?

- Ба Лура умоляло сохранить ему жизнь и честь, но они рассмеялись, вышвырнули ба и улетели.

"Лжет, наконец-то лжет".

И все же... Ба всего-навсего человек. Любой, кто так серьезно облажался, мог рассказать историю так, чтобы брать на себя поменьше вины.

- А что именно, по его словам, мы говорили?

Ее голос зазвенел от злости:

- Вы оскорбляли Небесную Госпожу.

- А потом?

- Потом ба с позором вернулось домой.

- Так... почему же ба не вызвало цетагандийскую службу безопасности с целью тряхнуть нас и вернуть Великий Ключ?

Повисло долгое молчание. Затем она ответила:

- Ба не могло этого сделать, но оно призналось мне. И я пришла к вам. Чтобы... Унижаться. И умолять о возвращении того... за что я отвечаю и моей чести.

- Почему ба не призналось вам накануне вечером?

- Я не знаю!

- И пока вы договаривались, выполняя свою задачу по возвращению реликвии, ба Лура перерезало себе горло.

- В великой печали и стыде, - тихо добавила она.

- Да? Но почему было не подождать и не посмотреть, не удастся ли вам уговорить меня вернуть ключ? И почему не перерезать себе глотку в уединении, в своей квартире? Зачем рекламировать свой позор перед всем галактическим сообществом? Разве это немножко не странно? Должно было ба присутствовать на церемонии возложения к гробу даров?

- Да.

- И вы тоже?

- Да...

- И вы поверили в историю ба?

- Да!

- Леди, боюсь, вы пребываете в заблуждении. Позвольте рассказать вам о том, что случилось в служебной капсуле, как это видел я. Там не было никаких шести солдат. Только я, мой кузен и пилот капсулы. Не было ни разговоров, ни мольбы или просьб, ни нападок на Небесную Госпожу. Ба Лура только взвизгнуло и убежало. Оно даже не особенно сражалось. Если честно, оно едва нас не побороло. Не кажется ли вам странным такой итог рукопашной схватки за нечто настолько важное, из-за чего ба перерезало свое горло, сожалея о потере, на следующий день? Мы остались чесать в затылке, сжимая в руках проклятую штуку и думая: какого черта? Теперь вы знаете, что кто-то из нас, - я или ба Лура, - лжет. И я знаю кто.

- Отдайте мне Великий Ключ, - это было все, что она могла ответить. - Он не ваш.

- Но я думаю, меня подставили. Кто-то, кто определенно хочет втянуть Барраяр во внутренние цетагандийские... Разногласия. Зачем? Подо что меня пытаются подвести?"

Ее молчание могло бы означать, что это были первые свежие мысли за два дня, способные преодолеть панику. Или... не способные. Так или иначе, она лишь прошептала:

- Не ваш.

Майлз вздохнул:

- Я больше не могу соглашаться с вами, миледи, и рад вернуть доверенный вам предмет. Но в свете ситуации в целом, я бы хотел иметь возможность удостовериться, - под фастпентой, если надо, - в том, кому именно я возвращаю Великий Ключ. Вы в этом пузыре можете быть кем угодно. Моей тетей Элис, откуда мне знать. Или агентом Цетагандийской СБ, или... кто его знает. Я верну его вам... лицом к лицу. - Он протянул приоткрытую руку, ключ приглашающе покоился на его ладони.

- Это... ваша последняя цена?

- Да. Я не попрошу более ничего.

Это был небольшой триумф. Он увидит хаут-женщину, а Айвен - нет. Конечно, это несомненно смутит старую каргу - открыться глазам чужеземца, но, черт возьми, с учетом всей суеты, которую Майлзу пришлось вынести, она кое-что ему должна. К тому же он не шутил, говоря о необходимости идентифицировать того, к кому уйдет Великий Ключ. Хаут Райан Дегтиар, Прислужница Звездных Яслей, наверняка не единственный участник в этой игре.

- Хорошо, - прошептала она. Белый пузырь растаял до прозрачности, его граница исчезла между ними.

- О! - издал Майлз сильно ослабевшим голосом.

Она сидела в гравикресле, от стройной шеи до лодыжек облаченная в струящиеся ослепительно белые одежды, дюжина мерцающих узоров перекрывали один другой. Волосы ее отсвечивали черным деревом, их массы стекали по ее плечам на колени, чтобы обернуться вокруг ее ног. Когда она стояла, они наверное тянулись за ней по полу как шлейф. Ее огромные снежно-голубые глаза сияли такой арктической чистотой, что по сравнению с ней глаза леди Гелл казались бы болотными лужицами. Кожа... Майлз понял, что до этого он никогда не видел кожи, всего лишь заляпанные мешки, что люди носят на себе, чтобы не протекать. Эта идеальная поверхность слоновой кости... Руки сводило от желания дотронуться до нее хоть раз, и умереть. Губы ее были теплы как розы, если бы они пульсировали кровью.

Сколько ей лет? Двадцать? Сорок? Это же хаут-женщина, кто может знать? Кого это волнует? В древних религиях люди ползали на коленях перед изображениями куда менее ослепительными, в чеканном серебре и кованом золоте. Майлз тоже стоял на коленях, и не мог вспомнить, как он к этому пришел.

Теперь он знал, почему говорят "воспаривший от любви" - он чувствовал ту же головокружительную тошноту как и в состоянии невесомости, то же ощущение всеохватывающего трепета, то же ожидание обязательной боли ломаных костей от столкновения со стремительно нарастающей реальностью. Он склонился, положил Великий Ключ перед ее белоснежно-мраморными идеальной формы ногами, откинулся назад и стал ждать.

"Судьба играет мной!"


Hosted by uCoz